- Старые уже отвинчены и утонули, - заметил Ельников, обмениваясь торопливым рукопожатием с гостями. - Их нельзя было вытащить - вероятно, придавило породой. Если новые не помогут - будет большая задержка. Шахту сильно затопит, прежде чем мы установим новый насос на более высоком уровне. Вы приехали в трудную минуту. Извините, что я не мог встретить вас наверху.

- Какие тут извинения! - прервал его Путилин. - Но я очень рад, что представители акционеров собственными глазами увидят, с какими затруднениями вам приходится бороться. Я надеюсь, что шахта не погибнет?

- Конечно, нет! С водой всегда можно справиться. Вся неприятность в задержке. До сих пор все шло как по маслу.

Ельников говорил отрывистыми фразами, как всегда в минуты волнения.

- Вода прибывает быстро! - сказал Фролов, указывая на окраины платформы, несколько выпуклой к середине; по краям под лучами фонаря уже широкой полосой блестела мутная вода; с каждой минутой полоса расширялась. В отделении насосов слышалась возня и сдавленные голоса, но когда они замолкали, в шахте водворялась жуткая тишина, так что слышно было зловещее журчание воды по стенкам за крепью.

- Один шланг привинтили! - раздался голос слесаря.

- Спустите сопло под платформу! - скомандовал Ельников, подошел к телефону и дал сигнал наверх.

- Пустите запасный насос! - прокричал он в телефон, когда конец шланга, окруженный густой сеткой, препятствовавшей проникновению обломков породы и грубого сора внутрь, был просунут в отверстие платформы. В отделении насосов что-то загудело, и все взоры в трепетном ожидании стали следить за краем полосы воды - будет ли он наступать по-прежнему или остановится.

- Берет, берет! - послышалось из насосной.

Действительно, прибыль воды прекратилась и полоса вскоре стала отступать, медленно, но неизменно.

- Ну, слава богу! - сказал Фролов, а Ельников облегченно вздохнул, опасность затопления была устранена.